Форум » |.Город.| Окрестности города » Мост над рекой Хурон » Ответить

Мост над рекой Хурон

Мастер: В отдалённости от шумного центра города течёт быстрая и глубокая река Хурон. В этом месте над рекой стоит высокий мост (высотой примерно 18-20 метров), где днём не очень людно, а по вечерам любят прогуливаться влюбленные парочки, а также любители побыть в одиночестве и другие романтики.

Ответов - 45, стр: 1 2 3 All

Томино Миамото: -> Кафе Всю дорогу от кафе до моста их сопровождало молчание. Томи устала стучаться с просьбами о помощи в закрытую дверь, которую возвёл перед собой Джеймс. Странно, но раньше он не был равнодушен к этой проблеме. Наоборот, волновался об этом больше, чем сама Томи. И она знала, почему так: брат чувствовал свою ответственность. Что же случилось сейчас? Что его так изменило? Девушка шла молча, изредка оглядываясь по сторонам из-под капюшона, и старалась привести свои мысли и чувства в порядок, но ничего у неё не получалось. Откуда взяться порядку, когда ты беглая преступница с неконтролируемым демоном внутри? Ещё и эта усталость... Давно она не чувствовала себя такой обессиленой и будто обесточенной. Что-то буквально выжимало из неё все силы и энергию, что-то сильное, но незримое... Подходя к мосту, Томи услышала шум воды. Неужели тут есть река? Надо же, она столько времени прожила в этом Мире, но даже не подозревала, что неподалёку есть река. Судя по шуму, она очень быстрая. Интересно, глубокая ли? Внезапно Томи почувствовала нарастающее головокружение - будто слабое дуновение ветерка, переходящее в сильный, порывистый ветер. Оно было и несколько минут назад, но такое незначительное, что девушка списывала это на усталость, а сейчас становилось ясно, что ситуация усугубляется. Головокружение заставило её остановиться у самого начала моста. Томи припала к высокой колонне, ухватившись за неё: казалось, будто мир уплывает из-под ног. Что-то было не так. Она, конечно, устала, но не настолько же, чтобы в буквальном смысле падать! И тут Томи почему-то испугалась. Липкий и холодный страх овладел ею, грозясь перейти в панику. На всякий случай девушка коснулась печати - но та не пылала, не болела. С ней всё было в порядке. Не желая больше надоедать Джеймсу, Томи просто закрыла глаза и решила взять свои эмоции под контроль. Кому, как не эмпату, с этим справиться? Но что-то мешало. Томи чувствовала себя чертовски слабой, мир кружился вокруг неё дьявольской каруселью, чувства смешались и не желали подчиняться. Девушка попыталась воззвать к своему шестому чувству - её верной опоре во всех передрягах. Если она не может ничего сделать, то может хотя бы понять, что происходит. Но ничего конкретного не вышло. Обычно такая точная, интуиция сейчас говорила с ней какими-то загадками да намёками. Томи почему-то почувствовала себя маленькой наивной мышкой, с которой играет сытая кошка. И что-то подсказывало, что скоро кошке наскучит играть, и тогда глупую мышку ожидает фатальный удар кошачьей лапой... Ерунда какая-то. Ох, если бы только она могла сейчас правильно истолковать свою интуицию! - Джеймс... - Томи не выдержала уединения со своим внутренним кошмаром и позвала брата. Кто-нибудь, хоть кто-то!! - отчаянно молило о помощи её подсознание. - Помоги мне. Я не понимаю, что происходит, но мне очень плохо!

Габриэль: Габриэль даже не сразу понял, что это его зовут. Когда притворяешься другим человеком, главное - реагировать на чужое имя так же, как и на свое. Это Габриэль отлично знал, но сейчас ему было так хорошо, что он забыл. Поэтому прошел еще добрых несколько шагов вперед, прежде чем сообразил и остановился. Он обернулся и увидел, что эта девушка напугана и ей явно трудно стоять. Сквозь алкогольную туманность сознания до него, наконец, дошло, что эффект произошел. Габриэль помедлил, раздумывая. Сейчас она беспомощна и сопротивляться не сможет. Глупо упускать такой шанс... Но до воды далековато. Дух вернулся к Томи и закинул ее руку себе на шею, обхватил другой рукой за талию и повел вперед, на мост. Вернее даже - практически потащил, поскольку девушка была так слаба, что с трудом шла. К счастью, здесь никого не было: ни отдыхающих, ни зевак, ни прохожих. На мосту Габриэль прислонил Томи спиной к одной из колонн, поддерживая, чтобы та могла стоять. Он чувствовал, что опьянение очень быстро выветривается. Час прошел: действие зелья прекращается, он уже не человек. Черт, как это было приятно! Дух почувствовал, что его разбирает злость - опять он бесплотен и лишен всех прелестей человеческой жизни! Это несправедливо. Габриэль протянул руку к Томи. Сейчас достаточно одного легкого движения, чтобы жертва оказалась под водой. Но надо торопиться - совсем скоро и ей полегчает. Габриэль дотянулся до плеча и крепко взялся за него, но стоило ему взглянуть в лицо Томи, как его будто молнией шарахнуло. Он рывком откинул капюшон с ее бледного лица. - Подыши. Здесь прохладная вода внизу, тебе станет легче. Стиснув зубы от злости, Габриэль отпустил Томи и отошел на шаг. «Проклятье, что это было? Чертова эмпатская сила? Она так хочет помощи, что это действует на меня?» Дух понял, что нужна подмога, иначе весь план провалится к чертовой бабушке. Если бы он только знал о том, что натворила Габриэлла, то просто подождал бы еще пару минут. Но неведение толкнуло его на другой шаг: так или иначе, дело надо довести до конца. - Я знаю, что с тобой. Помнишь, ты спрашивала, где я был? Я выяснял подробности твоего... положения. Боюсь, дела плохи. «Отчаяние, работай.»

Отчаяние: Отчаяние с большой неохотой пробудилась от мирного ничегонеделания. Как приятно быть в забвении, когда время стоит на месте! Если бы её никто не подгонял, она бы никогда не возвращалась в отвратительную реальность этого Мира. Изящно потянувшись, бесплотное воплощение греха взглянуло на человека, к которому привязана. Девушка выглядела уже не такой жизнерадостной, как в тот день, когда была заражена. Это правильно... Мир так жесток, что от него не стоит ждать ничего хорошего. Облетев Томи вокруг, Отчаяние остановилась сзади и заключила её в свои холодные объятия. Она полностью слилась с её сознанием, заглянула в каждый закоулок души, узнала каждый секрет и зашептала: - Бедная, бедная девочка. Никто даже не подозревает, как тебе больно. Никто не беспокоится и не пытается тебе помочь. Как это печально. Ты слышишь, что говорит твой брат? Всё хуже, чем ты думала. Рука Отчаяния скользнула под плащ девушки и её острый ноготь поддел пуговицу на рубашке, пропуская ладонь внутрь. Она добралась до метки-печати, оставленной под грудью. Прямо возле сердца. Прижав к метке указательный палец, она обожгла это место морозом. - Ты чувствуешь? Она горит. Печать разрушается. Скоро ты перестанешь принадлежать себе: она уничтожит твою душу и снова станет убивать. Ты помнишь, какая она сильная? Только твоё тело способно удержать этого демона. Когда тебя не станет, наступит конец этого Мира. Тысячи невинных будут убиты. И каждый перед смертью увидит твоё лицо. Отчаяние выудила из подсознания Томи два самых ярких образа и вселила в её голову два коротких, но жутких видения. Сначала её жертва увидела, как она хладнокровно убивает Джеймса, а затем - Шики. - Но не забывай, что только ты можешь остановить грядущее. Ты помнишь, что рассказывал тебе твой брат? Этот демон почти неуязвим, но есть один шанс... только один... Ты помнишь, как её уничтожить? Ледяная дева выпустила Томи из объятий и закружила вокруг неё, окутывая коконом холода и безысходности. С каждым мгновением сердце жертвы леденело всё больше и теряло последние остатки надежды.

Томино Миамото: Джеймс был прав - становилось легче. Влажный прохладный воздух помог утихомирить головокружение, с каждой минутой мир вокруг становился послушнее и больше не пытался уйти из-под ног. Но слабость и рассеянность мыслей никуда не делись. Всё происходило будто во сне, сквозь дымку нереальности, и Томи никак не могла скинуть с себя эту пелену. Слова Джеймса тоже прозвучали будто во сне. И тут же Томи ощутила жжение на месте печати. Вот, значит, в чём дело. Теперь всё становилось понятнее. Если подумать, всё происходящее было симптомами разрушения: печать горела, мысли путались, сознание затуманивалось. Демон внутри пожирал её душу, её личность - скоро останется только тело, пустая оболочка, которую Мао, конечно, сохранит для себя. Ох, какой же она была глупой, когда ещё недавно просила брата вытащить эту мерзость из себя! Это же невозможно. Только теперь девушка начала вспоминать об их давнем разговоре: Джеймс рассказал ей тогда об истинном положении вещей, о печати, и о том, почему родители никогда не учили её плавать. Потому что существует только один шанс уничтожить этого демона - с помощью воды, и она, Томи, должна решиться на это сама, не имея при этом шанса на собственное спасение. Утопающий хватается за соломинку, и этой соломинки у Томи никогда не было. Она всегда боялась воды, потому что не умела плавать и знала, что она когда-нибудь погубит её. Но лучше так, чем сгореть бесследно, пока какая-то нечисть её руками убивает каждого встречного. - Ты появился так внезапно... - Томи очень печально посмотрела на брата. Ей было до боли тоскливо, сердце сжималось в болезненный комок и по телу почему-то проходила дрожь, хотя здесь было не холодно, а на ней был плащ. - И я бы хотела побыть с тобой ещё хоть немного. Слова давались Томи с трудом. К тому же, её воображение разыгралось и стало рисовать страшные картинки. Очень страшные! Убийства двух самых дорогих ей людей... Что может быть кошмарнее? И если для того, чтобы спасти их и ещё тысячу других невинных жизней, нужно расплатиться только одной, то цена не так уж велика. - Но я всё поняла, Джеймс. Ты привёл меня сюда для этого? - Томи боялась называть вещи своими именами. Наверное, ему тоже страшно - думала девушка. Она хотела обнять брата, почувствовать его поддержку, его тепло. Но слишком отчётливо понимала, что если сделает это, то никогда не решится убить этого демона вместе с собой. А другого выхода у неё не было, как и надежды на другой исход.

Габриэль: Габриэль кивнул - а что он еще мог сделать? Сказать ей "да, я привел тебя сюда, чтобы ты умерла"? Странно как-то получалось. Дух вспомнил все стычки с этой Томи и ее дружком с ножиком. Как же он их ненавидел обоих! Немало проблем они ему доставили, немало планов сорвали. Этот тип его чуть не искалечил в библиотеке Особняка, отнял магическое Перо. А девица вечно ему помогала, их толком даже разлучить не получалось. Занятный факт, но даже после заражения они не поубивали друг друга! Хотя у этого типа был самый сильный порок. Мало кто устоит. Но вот настал час расплаты! И сейчас было самое время позлорадствовать, рассмеяться в лицо или просто подойти и толкнуть, безо всяких там разговоров. Чего тянуть кота за хвост? Но дух стоял и ничего не делал. Однажды он тоже умер вот так неожиданно, да еще и глупо. Кому скажи - засмеют. Нет, совесть в нем не проснулась, сострадание тоже. И он по-прежнему хотел, чтобы эта девушка умерла. Но по крайней мере она могла сделать это сама, и Габриэль решил предоставить ей такую возможность. Это даже лучше - его руки останутся чистыми. - Я буду скучать. - вдруг сказал он и понял, что это даже правда. Скорее всего ее дружок тоже скоро помрет, с таким-то грехом! Обязательно полезет на рожон и поплатится. А с ними было хоть и хлопотно, но весело. - Но ты должна решиться. Иначе погибнет очень много людей, ты же знаешь. Я тут ничего не могу поделать, а времени осталось мало. Скоро печать сгорит. Благодаря незримой связи с Отчаянием, Габ получил достаточно много информации, которую та выудила из девушки. «Ну же, давай.» - мысленно подтолкнул он ее. «Мне пора идти.»

Рой Мустанг: -> Управление Полного Порядка - Томино Миамото! Я обвиняю тебя в побеге из Управления Полного Порядка. Тебя и твоего сообщника ждет суд, и я сделаю все что могу, чтобы присяжные вынесли максимально строгий приговор! Голос полковника прозвучал резко, оглушительно и неожиданно подобно раскату грома в ясный день. Мустанг стоял недалеко от того места, где чуть не разразилась трагедия. По его лицу было видно что все под контролем, а так же он находится недалеко от того состояния, когда он признает сам себя судьей и тут же приведет свой приговор в исполнение. - Чтобы ты не сбежала, я перемещу твой разум в тело полевой мыши... Что?! Ты?! Рой узнал Джеймса, и воспоминания о том, как метаморф пытался убить Ризу нахлынули на него волной. Гордыня, которая завладела гомункулом почти целиком, неохотно, но отступила, дав волю гневу. Позабыв о долге, ему захотелось только одного - стереть наглеца с лица земли. - Стрела. В ту же секунду рядом с алхимиком появилась девушка-лучница, а в Габриеля летел целый град стрел.

Томино Миамото: В других обстоятельствах Томи обязательно обратила бы внимание на то, что брат ведёт себя странно. Настоящий Джеймс никогда бы не подталкивал её к самоубийству, как бы плохи ни были дела. Он скорее позволил бы рухнуть целому Миру, чем дал Томи убить себя. Собственно говоря, благополучие и равновесие любого из Миров его никогда не волновало. И он не раздумывая отдал бы тысячу жизней за одну, если она ему близка. Но сейчас девушка была глуха к здравому смыслу. Её сводила с ума мысль, что она больше никогда не увидит Шики. Больше никогда не почувствует прикосновения его рук и губ. Настоящее отчаяние пренебрегает внешними эффектами: Томи больше не могла плакать, не бледнела от ужаса и не пыталась лихорадочно найти выход. Ни страха, ни паники - только молчаливое смирение заковало её сердце в ледяные тиски. Она понимала, что "больше никогда", знала, что так и будет, но ничего не могла сделать. Хотя в других обстоятельствах, конечно, она бы боролась даже с собственным братом за свою жизнь и за право ещё раз взглянуть в глаза Шики, крепко обнять его и нежно поцеловать. Но сейчас она думала о том, что это даже хорошо, что он забыл её. Так ему будет легче смириться с этой реальностью. И их первый, он же последний поцелуй теперь казался обрывком сна, побледневшим за давностью лет. Это было так давно... А было ли? Как только она вспоминала подробности того утра возле Магазина Юко и её сердце пыталось ожить, ей что-то мешало. Но прежде чем Отчаяние полностью поглотило все чувства Томи, включая бесконечную любовь к Шики, девушка успела достать свои магические Карты. - Дерево, Зеркало, Тень... - прошептала она и волшебные создания в виде Карт зависли перед её раскрытыми ладонями, мерцая и переливаясь. Томи взглянула на них в последний раз, чувствуя, что и эта магия утекает от неё сквозь пальцы. Их нельзя бросать на произвол судьбы. Когда её не станет, Карты должны быть в надёжных руках. - Я дарю вас Шики. Летите к нему, где бы он ни был сейчас. Берегите его. И любите его так же сильно, как я люблю. - Томи подняла руки, отпуская Карты, которые успели стать ей друзьями. Дерево, Зеркало и Тень сначала остановились в воздухе, будто сомневаясь. Но слова хозяйки для них закон. Сверкнув напоследок, они быстро устремились в сторону города, к своему новому хозяину. А Томи проводила их взглядом и ощутила, что её усталость стала чудовищной, глаза закрывались сами собой, безумно хотелось спать. Но спать ли? Казалось, что организм просто обесточен и отключается. Сквозь плотную пелену нависшего сна девушка услышала Роя и медленно обернулась к нему. В её душе уже не было ровным счётом ни одного чувства, кроме Отчаяния. Одно она понимала чётко - арест ни к чему не приведёт. Она должна прыгнуть. Томи посмотрела вниз, на речной поток, и попыталась представить, что она почувствует, когда удар об воду выбьет из неё весь воздух и поняла, что ей всё равно. Будь что будет. Но как же хотелось спать... Лошадиная доза снотворного не дала больше девушке сделать ни единого шага. Как только она попыталась двинуться, то почувствовала, что падает. Куда? Всё равно... Она больше ничего не видела и не слышала.

Габриэль: Когда появились Карты, Габриэль заинтересовался и подошел поближе. Раньше он уже видел действие этих штуковин, и ему понравилось. Настолько, что он уже хотел их себе. И ему казалось, что сейчас отнять их будет проще, чем конфету у ребенка. Но его разочарованию не было предела, когда девчонка что-то пробормотала и эти птички ускользнули от него. Тут же Томи внезапно начала падать, дух ничего не понял и чисто инстинктивно подхватил девушку. Невероятно дурацкая и неуместная реакция! Разве он не хотел только что отправить ее в свободный полет? Тут-то его и застал возглас Мустанга. Габ ошалело посмотрел на него. - Какого черта? Ты кто такой вообще? Когда он понял, что стал живой мишенью, включился инстинкт самосохранения. Он бросил Томи там же, где стоял, на самом краю моста. Сам рванул в сторону, пытаясь уйти от обстрела, а по пути принять призрачную форму. Все происходило за считанные секунды, и Габриэль почти успел. Одно он не учел - это были не обычные стрелы, а магические. Поэтому когда до спасения оставался всего шаг, одна из стрел настигла его наполовину прозрачное тело и вонзилась в плечо. Дух споткнулся, изрыгая проклятия и рыча от боли, и повалился на землю. Под ним что-то хрустнуло - треснул один из волшебных кулонов, и внешность Габриэля вернулась к нему.

Габриэлла: Любопытная Элла кралась за братом всю дорогу. Несколько раз она чуть не потеряла его в толпе, но быстро находила. Ей было ужасно не по себе: с одной стороны она жутко винила себя за эту выходку со снотворным и боялась, что испортит Габриэлю весь план. Но с другой стороны, какая-то маленькая часть её души не сожалела ни о чём. Она только-только обрела брата снова, и не собиралась ни с кем его делить! Спрятавшись в кустах у моста, она почти ничего не слышала из разговора Габриэля с девушкой, да и подошла с опозданием, поэтому толком не понимала происходящее. А ей было так интересно! Вредный брат так и не посвятил её полностью в свой план. Появление Мустанга напугало её. Невооружённым взглядом было видно, что он злой и агрессивный. Но даже понимая это, Габи никак не ожидала такого быстрого развития событий. Стрелы промелькнули перед её глазами яркой вспышкой, доля секунды - и Габриэль уже лежал на земле в истинном облике, а из плеча торчала стрела. На мосту раздался пронзительный крик ужаса и из кустов, сломя голову, выбежала Габриэлла. Она бежала в самое пекло, не видя никого и ничего - только раненого Габриэля. Ужас отразился на её лице: однажды она уже похоронила своего брата и понимала, что просто не может потерять его во второй раз! Нет, только не так и только не сейчас!! Упав перед ним на колени, она припала к нему и обхватила руками, полностью закрывая собой. И плевать, что она всего лишь человек, без каких-либо особых сил и волшебства! Её не волновало, что она открыла свою спину этому ненормальному, и ей нечем защищаться. Только бы Габриэль остался жив! Ради этого она была готова на всё!

Джеймс: Метаморф спешил как мог, но похоже что и этого оказалось недостаточно. Мало того что какой-то хмырь принял его облик и что-то намеревался сделать с сестрой, так еще и объявился Мустанг, будь он не ладен. Демоническая кровь бурлила в жилах, азарт только усиливался и требовал больше адреналина. Разрывая собственную плоть и одежду, анимаг с яростными криками, явно привлекая внимание, чтобы отвлечь обидчиков от Томи стал превращаться в огромный гибрид волка и человека. - И опять ты почем зря набрасываешься на людей? - с слабо сдерживаемрй яростью произнес он сквозь выросшие клыки. Полудемон мельком взглянул на сестру, Габриеля, Габриэллу, и снова на полковника. Похоже, что самую большую опасность представлял именно он. Прыгнув вперед, Джеймс пустился к бегу на четвереньках, развивая огромную скорость, и через мгновенье, оказавшись рядом нанес сокрушительный удар лапой по лицу алхимика.

Габриэль: Что толку от того, что ты уже мертв, если против тебя атакующая Карта Клоу? Раньше Габриэль и не думал, что она сможет его достать - призрака может достать только призрак. Но сейчас он понял, что жестоко ошибался. Боль в плече была такой же реальной, как если бы он был человеком, крови было много. Габ так и не успел уйти в призрачную форму. Но чего он точно не ожидал - так это появления Габриэллы. Эта рыжая бестия все всегда делала по своему, чтоб ее! - Откуда ты здесь? - ошалело выдавил из себя дух, но он был даже рад ее появлению, если начистоту. Чему он был точно не рад - так это тому, что она бросилась его спасать. В их семье хватит и одного мертвого близнеца, второго тянуть за собой будет точно лишним. Одной рукой Габ отодвинул от себя сестру ровно настолько, чтобы залезть в карман. Ему было что сказать, но обстановочка, мягко говоря, не располагала. Надо было действовать, пока те двое заняты собой. Габриэль достал из кармана шкатулку, где хранились грехи и сунул Габи. - Ты помнишь, что я тебе рассказывал? Бери это и беги отсюда. Только так ты сможешь спасти весь мой план, чтобы я стал человеком. Габриэль разве что не подвывал от боли, перед глазами плясали разноцветные блестящие финтифлюшки и дух искренне надеялся, что это просто какая-то фигня от боли, а не изощренные предвестники еще одной смерти. - Если что-то пойдет не так, ты продолжишь. У тебя будет связь с каждым носителем, и все они должны умереть. В первую очередь, эта девчонка. - дух кивнул на лежащую на земле Томи и откинулся назад, рыча от боли. - А теперь беги. Ну же, быстрей! - собрав последние остатки сил, Габриэль оттолкнул Габриэллу в сторону.

Габриэлла: - Но я... - Габ не давал ей и слова сказать. На автомате Элла приняла шкатулку, но не успела её толком рассмотреть и поудивляться. Расслабишься тут, когда рядом дерутся, а вокруг летает магическое оружие! - Дурак! - обиделась Элла и плюхнулась на мягкое место, когда брат её грубо оттолкнул. Вот всегда он так! Бестолочь! Неужели он не понимает, как она его любит?! Но он командовал и вредничал, а это значит, что не всё потеряно. Девушка приободрилась и поднялась на четвереньки, одной рукой прижимая к себе шкатулку: боялась выпрямиться и попасть под огонь. - Потом я отвешу тебе хорошего пинка, а сейчас ты пойдёшь со мной, понял? И слышать ничего не желаю! - кое-как засунув шкатулку в карман (размеры, кстати, явно не совпадали, ну да ладно!), Габи пристроилась у изголовья Габриэля, подхватила его под руки и попыталась потащить за ближайшую колонну, пыхтя и отдуваясь. - Ну помоги же мне, ты тяжёлый!

Рой Мустанг: Блестящий план полковника был прерван появлением Джеймса. Того самого, который чуть не убил Ризу, и отлупил самого Роя давным давно. Когда, алхимик был простым человеком, когда у него не было не единой карты. Когда убийство другого человека являлось чем то негативным, невозможным. Но сейчас все изменилось. Мустанг обрел бессмертие и утратил жалость ко всем букашкам окружающим его. За то что сделал метаморф в прошлом, можно было бы уничтожить его в ту же секунду. Сжечь. Превратить его тело в решето, при помощи стрелы. Обменять разумом с дождевым червем... Но все это не подходило Рою, потому что он хотел чтобы Джеймс успел осознать всю свою никчемность и величие гомункула перед ним, и всеми остальными людьми. Помниться, метаморф считал себя хозяином кошмаров, чтож, будет забавно победить его на его же поле. - Лабиринт, оставь нас наедине, не хочу чтобы остальные путались под ногами. И вот, когда лапа оборотня вошла в голову Роя, проламывая кость и орашая фонтаном крови землю вокруг и самого волка, карта принялась стремительно менять окружающую реальность. Для Томи и близнецов Джеймс и полковник исчезли внутри лабиринта с пятидесятиметровыми гладкими ониксовыми стенами. Место было лишено всяких посторонних запахов и звуков, а гомункул куда-то пропал, дав перевести дыхание и осознать что все пошло наперекосяк. Решив поиграть с жертвой, Рой принялся увеличиваться при помощи карта Большая, чтобы увеличить алхимическую силу перчаток и придать голосу громоподобное звучание. Когда противник не понимает что с ним происходит, и неправильно оценивает ситуацию, это только на руку. Поэтому для начала будет неплохо ввести его в заблуждение. - Ты посмел нарушить границы мира демонов в погоне за силой, так почувствуй ее на себе! - раскатом грома прозвучал голос Пламенного Алхимика в ушах волка, а затем можно было услышать характерный щелчок, и контролируемая волна пламени понеслась по лабиринту в сторону жертвы, раскаляя пол и стены до невозможности.

Джеймс: Запахло жареным, в прямом смысле этого слова, а значит алхимик жив и принял ответные меры по устранению волка. Самое неприятное в этой ситуации то, что Томи сейчас так же угрожает опасность, и к тому же есть немалый риск потерять собственную шкуру. Почувствовав стремительно надвигающийся поток пламени, метаморф развернулся на встречу и прыгнул в него... Чтобы выскочить преобразившись в огромного, стремительно растущего зеленого дракона. Лабиринт был узок и тесен, но это не играло особой роли, ведь Джеймсу в битве с гигантским Роем не нужно было пространство для маневра - клыки и когти дракона прекрасно справляются с мягкой человеческой плотью, существа равного по размерам. Бросившись в сторону откуда был слышен голос полковника, анимаг вскоре застал свою добычу, и набросился на гомункула со всей первобытной яростью такого вроде бы сказочного и прекрасного создания. Вцепившись когтями в плечи Мустанга, Джеймс изрыгнул из пасти фонтан пламени прямо его в лицо, чтобы гомункул почувствовал на себе свое же любимое оружие. А затем, дракон незамедлительно впился клыками прямо в горящую плоть, разрывая и поглощая лицо противника.

Рой Мустанг: Нестерпимая боль пронзила тело алхимика. Довольно неприятное ощущение, скажу я вам, когда дракон пожирает ваше лицо, впившись острыми как бритвы когтями в тело. Более того, когда пожираемая часть тела тут же регенерирует, и тут же вновь уничтожается, это возобновляет все ощущения, превращая каждое мгновение в нестерпимую агонию, во время которой, смерть является довольно привлекательной альтернативой. - Стрела, помоги мне! Подчиняясь приказу хозяина, девушка тотчас же появилась рядом в воздухе, и обрушила невиданный по своей мощи град стрел в Джеймса, но шкура рептилии являлась слишком прочной броней, и поэтому стрелы отскакивали от него словно спички. Хоть Рой по понятным причинам не мог этого видеть, он почувствовал через сложноописуемую связь, которая есть только между картой и хозяином, что Стрела не справляется... Мустанг схватил дракона за лапы, и попытался вырвать их из своего тела. Но тщетно. Хватка была слишком сильной, да и к тому же сухожилия на руках гомункула, в том месте, куда впились когти, были повреждены и не могли регенерировать. - Сияние!!! И снова это не дало никаких результатов. Хоть анимаг и был ослеплен, его ярость, животная ненависть, боевой раж, и желание уничтожить полковника никуда не делись. А для того чтобы делать жевательные движения клыками зрение не требуется... Тело Роя обмякло, боль стала притупляться, а разум стал потихоньку слабеть. Гомункула ведь все таки можно уничтожить, нанеся ему достаточно повреждений, и похоже этот момент вот вот настанет. Оставался только один вариант. - Обмен... И вот, ослепленный, чувствующий вкус собственной крови в пасти и вес обмякшего тела в когтях Пламенный Алхимик заревел ужасающим воем такой силы, что если бы рядом были дома со стеклянными стеклами, последние бы лопнули превратившись в тысячи осколков. А потом он вонзил клыки в свою лапу, яростно жуя ее, дробя кости и связки. Пусть это будет подарок для Джеймса. Внезапно Мустанг почувствовал невиданную слабость обвалакивающую все тело, и вытесняющую боль. Карты! Он слишком долго и много их использовал за один раз. Оставаться в теле раненого и смертного дракона больше было опасно, поэтому... - Верни все назад. А потом наступила темнота... Как уже говорилось выше, силы гомункула покинули его. Хоть он и успел вернуться в свое прежнее тело, сознание временно покинуло его, а карты пришли в неактивное состояние. Лабиринт испарился, Стрела и Сияние вновь стали картами, а полковник стал уменьшаться в лапе чудовища...

Габриэль: Габриэль не спорил с сестрой. Дурак или нет - он делает то, что должен. Пусть обижается, проклинает, ругается, дерется, но пусть живет. Один из них должен был быть живым, иначе их матушка не переживет второй утраты. Внезапно появившийся настоящий брат первой жертвы спутал все карты. Все должно было быть гораздо проще, но удача состояла в том, что сам дух отделался ранением в плечо, а Джеймс занялся армейским псом. Дух успел повидать многое, и трусом никогда не был, но даже его впечатлило то, что происходит здесь. Нечеловеческая мощь этих двоих вкупе с магическими картами сотрясала мост. Все гремело, грохотало, горело и взрывалось. Чтобы уберечь сестру, Габриэль послушно отполз за колонну, туда же увлекая и Габриэллу. Рядом вырос Лабиринт и ситуация явно усугублялась. Проклятая стрела, торчащая из плеча, не давала ему уйти в призрачную форму. Надрывно простонав, Габриэль взял ладонь своего близнеца в свою и притянул девушку к себе ближе. - Габи, слушай. У нас мало времени. Я сейчас не придуриваюсь и не шучу. - что-то произошло и стрела внезапно испарилась из плеча. Послышался вой и в Лабиринте стали видны огненные всполохи. Открывшаяся рана стала стремительно кровоточить и рубашка на теле парня быстро пропитывалась кровью. Сил на призрачную форму не было. - Я не стану тебя прогонять. - зажимая плечо ладонью, проговорил дух сквозь плотно стиснутые зубы. - Но если ты хочешь остаться, то помогай мне. Вот эта девушка - кивком головы Габриэль указал на Томи. - Только что собиралась прыгнуть с моста. Я не знаю, что произошло и почему она отключилась, но я вижу, что она дышит. Этого не должно быть. Ее судьба сегодня - эта река. Если она не умрет, Вонг убьет меня и больше мы с тобой уж точно не увидимся. Габриэль серьезно посмотрел на сестру. Все их прежние разногласия, распри, шуточки - в сторону. Сейчас решалась судьба многих на этом мосту. - Я знаю твои принципы и не имею права просить тебя закончить мое дело. Но ты должна сейчас сделать выбор: умрет либо она, либо я. Третьего не дано. Или ты мне поможешь, или уходи и не оборачивайся.

Габриэлла: Так страшно Габриэлле никогда ещё не было. Ей удалось оттащить брата за колонну, но какой из этого толк? Разве защитит она их, если один из дерущихся направит свой гнев на близнецов? Элла поймала себя на том, что её руки дрожат и она не знает, куда их деть. Нервными движениями она то поправляла Габриэлю спутавшиеся волосы, то ворот рубашки, то теребила пуговицы на своей кофте. Посмотреть на рану она боялась, хотя и понимала, что долго игнорировать сей факт невозможно. Когда вырос Лабиринт, девушка непроизвольно охнула и обняла брата. То ли от страха, то ли спасая его от несуществующей опасности. Откуда же ей знать, что Лабиринт ничего им не сделает? Но стены закрыли дерущихся и Элла смогла немного сконцентрироваться и послушать рыжего. Смысл его слов доходил до неё не сразу. Убить? Габриэль на самом деле просит её убить? Холодок пробежал по спине девушки и она посмотрела на брата-духа, будто тот был не в себе. Её отрезвил всполох, с которым стрела исчезла - тут же по рубашке стало располлзаться большое пятно крови. Недолго думая, Элла оторвала подол своей блузки и принялась заматывать рану. Короткий вышел обрывок. Она оторвала ещё и снова механически принялась заматывать, слушая Габа и понимая, что на самом деле он не оставляет ей выбора. Глаза быстро стали наполняться слезами от осознания того, что ей придётся это сделать. Незнакомая девушка или брат? Какой уж тут выбор... Громкие вопли, жар огня совсем рядом и вой за стенами заставил девушку съёжиться и зажмуриться: стоящие в глазах слёзы тут же пролились по щекам. - Братик, милый, это всё из-за меня. Это я её опоила... целый флакон снотворного... а какая здесь высота?... внизу вода холодная... - мотая и мотая обрывок ткани вокруг плеча брата, чуть не рыдала Габриэлла. - Она не выживет... она же сразу... Сбиваясь и всхлипывая, рыжая близняшка туго завязала повязку, взглянула в глаза брата и застыла, удивлённая. Никогда прежде она не видела его таким серьёзным. Ни на минуту больше не осталось сомнений, что это действительно вопрос жизни и смерти. Наскоро вытерев глаза тыльной стороной ладони, Габи кивнула Габриэлю, делая над собой нечеловеческое усилие. Могла ли она подумать, чем всё обернётся? Никогда. На ватных ногах и со слабостью во всём теле девушка подошла к Томи, которая лежала, недвижимая, на самом краю моста. Благо, перила тут ещё не начинались. «Она собиралась сама... Габриэль сказал, что собиралась... Значит, хотела этого...» Мысленно пытаясь оправдаться перед самой собой, Габи опустилась на колени рядом и приподняла обмякшее, податливое, лёгкое тело спящей. Волосы закрывали её лицо, как и тёмный капюшон. Габриэлла старалась не смотреть на неё, внутри зарождалась самая настоящая истерика. Элла понимала, что больше никогда не сможет жить, как раньше. Она понимала, что не может убить человека, но сейчас вынуждена это сделать, чтобы спасти жизнь брата. Внизу гремел и шумел бурный поток воды. Кроме него рыжая Габи больше ничего не слышала, даже звуков сражений. Сегодня вода, наверное, особенно холодная - со вчерашнего вечера было пасмурно и прохладно. Эта девушка ничего плохого ей не сделала, и Габи всей душой надеялась, что той хотя бы не будет больно. Она надеялась, что Томи заснула достаточно крепко, чтобы утонуть, даже не успев понять, что происходит. Навалившись всем весом, Габриэлла перевернула Томи, подтолкнула и... сбросила её с моста. Ставшее невесомым в свободном падении тело быстро исчезло внизу. Резкий, порывистый ветер взмахнул полами плаща, в который была одета Томи. Они затрепетали и хлопнули на ветру, словно чёрные крылья, и только светлый локон волос успел всколыхнуться, прежде, чем исчезнуть. Прошли какие-то секунды, и внизу послышался громкий всплеск. Габриэлла уронила лицо на свои колени и громко зарыдала, мучимая тем, что только что своими руками оборвала чью-то жизнь.

Томино Миамото: Сон был спасением. Под действием снотворного не было ни сновидений, ни боли, ни мучений. Ничего. Безмятежная пустота и никакого осознания происходящего. Томи никак не реагировала на прикосновения, на шум, жар пламени и звуки драки Джеймса с Роем. Не шевельнулась и тогда, когда Габриэлла сбросила её. Если бы всё было так просто и она могла так же по-тихому утонуть, без страха и чувства безысходности - это было бы прекрасно для эмпата, замучанного Отчаянием и осознанием необходимости собственной смерти. Но судьба распорядилась иначе. В момент удара об воду мозг выдал тревожную реакцию: "Боль! Опасность!" - и Томи резко выбросило из сна уже в воде. Шум оглушил её, а нервная система не была готова к такому повороту: девушка ничего не понимала затуманенным снотворным сознанием, была дезориентирована. Во время свободного падения её тело неудачно развернулось и очень невыгодно ударилось, а не плавно вошло в воду. Рот наполнился противным металлическим привкусом крови. Голова гудела. Распахнутые глаза не видели ничего, кроме тёмной воды и миллиардов пузырей вокруг. Инстинктивно попытавшись двинуться, и без того ноющее тело пронзила резкая боль в правой руке - она оказалась сломана из-за неудачного падения с такой высоты. Не соображая достаточно адекватно, Томи попыталась вынырнуть и рефлекторно сделала судорожный вдох, но вдохнула, увы, не воздух, а воду, которая быстро стала наполнять лёгкие. Захлёбываясь и чувствуя, что идёт ко дну, смутный проблеск воспоминаний напомнил ей, что она собиралась прыгнуть с моста. Зачем - это уже совсем другой вопрос, причин в такой экстремальной ситуации девушка вспомнить не могла. Зато отлично понимала, что должна это сделать. Значит, всё так и должно быть? И она смирилась с неизбежным. Не сопротивляясь больше (да и как - со сломанной рукой и множественными ушибами?), Томино перестала двигаться и ощутила очень плавное погружение куда-то вниз, ко дну. Становилось всё холоднее и холоднее. Плащ обернулся вокруг неё коконом, ещё больше сковывая движения. Пришло странное и неестественное смирение с происходящим: наконец-то Мао умрёт. Вместе с ней, конечно, но это не так уж важно... Перед тем, как потерять сознание от воды в лёгких и нехватки кислорода, она увидела множество маленьких пузырьков, быстро устремляющихся к поверхности реки. А потом навалилась темнота, Томи перестала дышать и течение Хурона стало уносить её тело всё дальше.

Мастер: После столкновения Пламенного Алхимика с полудемоном Джеймсом мост оказался частично разрушен. Погнуты крепления и каркас, на месте Лабиринта, где происходила драка, торчат куски арматуры, и хаотично валяются камни вперемешку с кусками асфальта. С двух сторон зияют большие дыры в тонких перилах. Видны следы крови и обгоревшие элементы конструкции.

Габриэль: Сказать, что дух был ошеломлен - это не сказать ничего. Габриэлла, его умница-сестра, всегда справедливая и более разумная, чем он сам, даже не возразила сейчас, когда Габриэль откровенно просил ее об убийстве. Неужели этот Мир так меняет людей? Или все же обстоятельства? Он не верил до конца в ее намерения, до тех самых пор, пока Габи не подошла к спящей жертве и не столкнула ее вниз. Долгие несколько секунд Габриэль смотрел на своего рыжего близнеца и не мог выдавить из себя ни звука. Только сейчас он понял, что как бы они ни ругались, она готова ради него на все. Из оцепенения его вывел громкий плеск внизу и рыдания сестры. «Минус одна.» Не без труда поднявшись, парень подошел к Элле и одной здоровой рукой обнял ее за плечи. - Спасибо тебе. Даже черствая душонка Габриэля сейчас понимала, как Габи корит и мучает себя. Он очень хотел помочь ей теперь, но не знал, как. Только покрепче прижал к себе, давая возможность выплакаться и отойти от шока. От переживаний за сестру Габриэль даже забыл про двоих дерущихся. Вроде притихли - авось, поубивали друг друга. Еще одной проблемой меньше.



полная версия страницы