Форум » Ролевой оффтоп » Сыгровка 2. Тоя и Юкито » Ответить

Сыгровка 2. Тоя и Юкито

Fay D. Flowrite: Прошло уже несколько месяцев с момента, как исчезла Сакура. Тоя уже находится на грани физического и эмоционального истощения. Юкито старается всегда быть рядом с ним, пытаясь помочь и поддержать. Юэ, видя как молодые люди изводят себя, решается лишить их памяти, этим же надеясь снять груз и с собственных плеч за несдержанное обещание. Опишите эмоции, мысли и чувства своих персонажей, окружающую их атмосферу, ощущения при потере памяти о самом дорогом и родном человеке в своей жизни. Порядок отыгрыша можете задать сами.

Ответов - 12

Тоя: - Ключи.. Фонарь.. Тоя проговаривал себе под нос необходимые вещи, тщательно проверяя каждую и раскладывая по карманам. Всё это пригодится ему в очередной вылазке на ночные улицы. Днём он тоже искал – вместо положенной учёбы. Теперь, в нынешних условиях, она была ему не важна. А вот вечернюю подработку бросить пока не получалось, ведь нужно было на что-то кормить Юкито; а фактор лучшего друга чувство вины пока ещё не вытеснило. - Зонт.. – погода в последнее время стала ни к чёрту. Стоило обезопаситься. Просто ради спокойствия Юки, иначе тот станет переживать и волноваться. Ну а ещё, если простынет, то сопливый и хворой точно не поможет сестре. Замирая, Тоя остановившимся взглядом вперился в пол. Сестра.. В последнее время в голове постоянно крутилось её имя «Сакура, Сакура!». Детей её возраста, пропавших по всей Японии, было хоть отбавляй; большинство из них находились – но то был иной случай. Тоя прекрасно знал, что Сакура пропала не просто так. То, чем она занималась, в итоге и погубило её, он был уверен в этом. И он, её старший брат, клявшийся ещё мелким пацаном на могиле матери, что при любых условиях сможет уберечь сестрёнку, теперь метался по многолюдным и пустынным улицам в поисках той, что не защитил.

Юкито: Вечера в последнее время повторялись, словно заезженная пластинка. Много месяцев подряд Тоя собирался, покидая дом на всю ночь, раз за разом обходя каждую улицу города, заглядывая в переулки, ненадолго задерживаясь возле храма, а после - на детской площадке. Когда-то именно здесь чаще всего можно было встретить маленькую Сакуру в окружении своих верных друзей. Только она не появлялась здесь уже очень долго... И чем больше времени проходило, тем сильнее становилось отчаянье. Найти обычного человека после столького времени - уже почти невыполнимая задача. А Сакура была связана с силами, недоступными для окружающих, и оставалось лишь гадать, что же могло произойти на самом деле. Гадать, ждать и упрямо продолжать искать. Ведь Тоя не мог сдастся просто так... Юкито неслышно вышел в коридор, наблюдая за тем, как друг собирается на поиски. Ежевечерний ритуал, от которого сжимается в груди. Потому что глубоко внутри они оба понимали - и этот вечер не принесет желанных новостей. - Тоя, - тихо позвав парня, Юки шагнул ближе, пытаясь привлечь внимание задумавшегося одноклассника, легко касаясь его плеча. Словами в последнее время его невозможно было вернуть в реальность. Только прикосновения словно снимали этот навес из боли, чувства вины и стыда за то, что не смог, не уберег, потерял. Юкито так хотел разделить с ним его боль, помочь нести этот груз, облегчить его душу хоть немного. Но Тоя упрямо продолжал нести все в себе, не позволяя даже самому близкому другу снять тяжесть ответственности со своих плеч. - Сегодня дождь, улицы будут пустынны, - он заранее знал, что уговоры остаться не сработают. Просто ему так хотелось, чтобы Тоя хотя бы немного позволил себе отдохнуть. - Фуджикато-сан будет волноваться, если позвонит, а тебя снова не будет дома. Юки тихо улыбнулся, чуть сжимая плечо друга. Может, хотя бы ради спокойствия отца Тоя останется дома хотя бы на эту ночь?

Тоя: Только знакомый голос за спиной и тёплое прикосновение заставили парня вынырнуть из омута мыслей. В последнее время отвлекаться от тяжёлых дум было слишком сложно, и Юкито его здорово выручал! Здорово всё же, что они были друг у друга - только радоваться этому сейчас Тоя уже не мог, просто эмоций не оставалось. Дёрнувшись при упоминании имени отца, парень вскинул полные отчаяние глаза. Что он скажет, когда услышит тихий, ослабший от бессонных ночей и беспокойства мужской голос в трубке? Папа просто наверняка даже и не будет упоминать о Сакуре, не станет пытаться разузнать о новой эпопее бесплодных поисков, но непутёвый сын и в этот раз вынужден будет оповестить его о том, что до сих пор не нашёл её: "Я всё ещё не могу привести Сакуру домой". Извиниться за это вслух не получалось, и хотя Тоя мысленно вновь и вновь умолял родителя простить ему эту ужасную ошибку - сказать лично не выходило. Потом они будут долго молчать, слушая сиплые, прерывистые дыхания друг друга. А затем отец неловко попрощается, а Тоя просто повесит трубку, понимая, что каждой такой новостью лишь больше добивает его. Это было слишком тяжело, и раз от раза становилось всё тяжелее. Лучше уж всю ночь провести в поисках - беготня, стоило признаться, отвлекала от горьких раскаяний; а деятельность создавала обнадеживающую (увы, ложную) иллюзию об удачности очередных поисков. В конце концов, это именно Сакура так любила приговаривать: "В итоге всё будет хорошо! Обязательно будет." - Я взял зонт, - надеясь, что школьный друг не успел рассмотреть ничего предрассудительного в опрометчиво вскинутом взгляде, глухо отозвался Тоя, вновь опуская голову. Это несомненно должно было успокоить Юкито, ведь так? Покопавшись ещё немного, он ненавязчиво отстранился и, наконец, влез в ботинки. Постучал носком об пол и, через плечо бодро махнув рукой, ринулся на крыльцо. Объясняться с Юки и видеть его тревогу тоже было невыносимо тяжело. А ещё Тоя безумно боялся одной вещи: однажды прочитать в золотистых глазах укор. Пожалуй, это стало бы ему окончательным приговором. - Не поднимай телефон, - распахивая зонт над своей головой, скороговоркой начал инструктаж Тоя. - Еда в холодильнике. Допоздна не засиживайся. К двери не подходи, у меня есть ключ. Вернусь.. "..под утро." - ..скоро. Обнадёживающе улыбнуться не получилось. Но он надеялся, что хотя бы сказал это уверенно. Ведь действительно планировал успеть вернуться до того, как Юкито отправится на занятия. Скоро выпускной, ему нужно было готовиться к экзаменам и хорошо питаться! Всё, что мог для него сделать неудавшийся "лучший друг", так это хотя бы сварганить пару бутербродов вместо обенто.

Юкито: Поймав взгляд друга, Юкито с трудом сдержался, чтобы не вскинуть руки и не прижать его к себе, стараясь хоть немного успокоить и подбодрить. Еще немного, и Тоя окончательно изведет себя. Помимо страха за пропавшую сестру, его угнетало еще и чувство вины перед отцом. Ведь как старший брат, он должен был справиться, обязан. Так он считал. У Тои всегда было очень гипертрафированное чувство ответственности - он считал, что должен приглядеть за всеми: и оцом, и сестрой, и Юки. Даже сейчас, возвращаясь уставшим и измотанным, он упрямо шел на кухню, готовя своему другу обед с собой. Юки и сам мог, но сколько раз ни пытался, его уверенно отстраняли, спокойно поясняя: "Тебе надо постараться в школе, лучше иди собираться, чтобы не опоздать". И Юкито послушно уходил, уже очень давно перестав возражать. Почему-то ему казалось, что Тое это необходимо. Теперь у него остался только один человек, за которым он мог присмотреть, даже отец почти переставал появляться в доме, где когда-то жили любимая жена и обожаемая дочь. Даже единственный оставшийся сын не могли заставить его перешагнуть через это и снова поселиться в когда-то полном жизни доме. Наверное, и Тоя, и его отец считали каждый виноватым только себя, а оттого не могли посмотреть друг другу в глаза. Да что там, они даже поговорить уже толком не могли! А Юки... оставался бесполезным и не мог заставить лучшего друга хотя бы ненадолго остановиться. И если раньше он мог хотя бы учавствовать в бесплотных поисках, то сейчас Тоя пресек и эти неловкие попытки помочь. Он считал, что если поставил крест на своей жизни и будущем до того момента, пока не найдет сестру, то ни в коем случае не позволит сделать то же самое своему другу. Уж таков Тоя - для него всегда другие на первом месте. - Тоя... - только и проговорил, сжимая пальцы, словно все еще пытался удержать его за плечо, но хватая лишь пустоту. Удержать снова не получалось. - Я буду ждать. С трудом подбадривающе улыбнувшись, делая вид, что не замечает опущенной головы, измученного вида, кругов под глазами и уже нездоровую худобу, Юки упрямо проводил юношу взглядом. И как долго он собирается просто стоять и смотреть вслед? Сколько еще будет притворяться, что верит его словам, хотя точно знает, что друг вернется только под утро? До какого состояния должен довести себя Тоя, чтобы так называемый лучший друг все же дейсвительно смог помочь?.. Злясь на самого себя, Юки резко повернулся к зеркалу, пристально всматриваясь в собственные глаза. Ведь это все его вина, верно? Потому что внутри него тоже есть... нечто. Именно поэтому пропала Сакура и страдают близкие ему люди. Тогда почему его вторая половина молчит? Почему ничего не делает? Ведь она может больше, чем они все вместе взятые! Злость нахлынула волной, не давая опомниться. Юки подлетел к стене, на котором висело зеркало, ударяя кулаком рядом с ним, с отчаяньем и злостью взывая к единственному существу, которое могло помочь. Но, видимо, просто не желало этого. - Ты! Выходи немедленно! Ты же там, ты все видишь! Тогда почему ничего не предпримешь?! Это наша вина! Ты обязан помочь! Она же помогала тебе! Он спас нас! А ты просто отсиживаешься теперь?! Когда он живой?! - едва сдерживая слезы, он раз за разом взывал к тому, кто таился внутри него. Он сделает все, чтобы вытащить его наружу! Он готов даже полностью отдать свою оболочку, если это поможет. Только был бы шанс, хотя бы самый крошечный... - Перестань прятаться, словно трус! Ты обязан... - крик резко оборвался. Юки чуть растерянно моргнул, и почти сразу свесил голову, окутываясь в светлое теплое сияния. Огромные белоснежные крылья обернулись вокруг тонкого тела, словно стараясь спрятать ото всех... А когда вновь распахнулись, вместо обычного подростка уже стоял Хранитель. Юэ покосился на зеркало и сразу же недовольно отвернулся. Обычная оболочка, а позволяет себе подобные высказывания. Куда как лучше было, когда этот мальчишка не знал о собственном назначении. Но, даже будучи недовольным, Хранитель в глубине души признавал правоту Юкито. Когда все произошло, он и правда просто вновь вернулся в свой сосуд, прячась от собственных непонятных ощущений - он чувствовал себя виноватым за то, что не выполнил обещание, что провалил свой долг как Хранителя. Только разве же это так легко признать?.. - Глупые люди, - тихо шепнув, Юэ все же скользнул за дверь, взмывая в ночное, освещенное полной луной, небо, выискивая причину таких волнений своей оболочки. Он видел и знал, что мальчишка совсем махнул на себя рукой. Но... имеет ли он право вмешаться? Хранитель никак не мог решиться, и сейчас лишь последовал за Тоей, полагая, что лишь последит издалека. Чтобы понять лучше, чтобы с ним ничего не случилось, чтобы... принять уже решение.

Тоя: Тоя очень надеялся, что Юкито сделает так, как ему сказали. Друг вообще был беспроблемен в этом плане - неконфликтный и дипломатичный, они ни разу не ссорились на бытовой почве.. да и вообще не ссорились. Парень не знал, за что судьба преподнесла ему такой подарок, но день ото дня был искренне счастлив тому, что они вместе. Точнее, есть друг у друга. Точнее.. дружат.. Запутавшись, Тоя качнул головой. И слабо улыбнулся сам себе - здорово, что его всё ещё беспокоят подобные мысли. Значит, не совсем крыша съехала. На самом деле он видел, во что превращается. Понимал, что тревожит этим близким себе людей. Но ничего не мог поделать.. Исчезновение Сакуры подкосило; осознание того, что именно ОН не уберёг сестру, подчас доводило до безумства. Иногда, просыпаясь от собственных криков по ночам, он в отчаянии не спал до утра - звать её и не получать ответа было слишком ужасно.. Наверное, именно после пары подобных пробуждений, Тоя предпочитал проводить ночь на улице - в короткие часы дневного сна спалось чуть спокойнее, сил на сны не оставалось. Торопливым шагом он отдалялся от дома. По раскрытому над головой зонту барабанили тяжёлые капли. Всё вокруг было серым; редкие прохожие, спешащие домой, изредка задевали его плечом, но парень не огрызался, молча продолжая смотреть под ноги. Вблизи дома он не искал, Сакура знала этот район и наверняка сама бы вернулась к родному крыльцу. Поэтому всякий раз он заходил всё дальше, искал в более отдалённых районах - там, где в самом деле мог бы потеряться маленький ребёнок. На всякий случай он всё же заглянул на детскую площадку. И обошёл пару аллеек неподалёку, внимательно осматриваясь по сторонам. Конечно, её тут не было. Закрыв зонт, Тоя неспешно убрал его в чехол. Времени у него было хоть отбавляй, вся ночь впереди. Сунув сырой комок в рюкзак за спиной, натянул капюшон. Он не хотел промокнуть и заболеть, это не был театральный жест прилюдного мученичества - просто зонт мешал ему осматриваться. Многолюдные улицы сменялись тёмными пустыми задворками. Он искал везде, заходил всюду, заглядывал даже в кажущиеся необитаемыми местечки. Неважно где и почему мог оказаться малолетний ребёнок; ему просто важно было знать, что ничего не упущено. С подбородка капало. Дождь усиливался, джинсы промокли и затрудняли ходьбу, а глаза заливало дождём. Потерев лицо влажными ладонями, Тоя скинул капюшон и огляделся - теперь и капюшон мешался, сползая на глаза тяжёлой мокрой тряпкой. Да и потом, уже было неважно, он всё равно промок до нитки. Подойдя к дороге, он безразлично проводил взглядом окатившую снопом грязных брызг машину - и пересёк трассу, поскальзываясь на лужах. Ещё не искал в той стороне.. нужно быть внимательнее, так далеко от дома он был впервые и прочёсывал незнакомую территорию, тут было легко что-то упустить. Повозившись, Тоя достал фонарь, освещая улицу вокруг. Пусто. Никого. Хотя, так даже лучше - ему всё равно нужен один-единственный человек, которого тут наверняка попросту нет. "Я всё равно найду тебя", - упрямо пообещал парень кому-то в своей голове. И медленно побрёл вглубь района, внимательно высматривая закоулки и узкие улочки, высвечивая местность вокруг фонариком. Бегающий луч наткнулся на разваливающуюся коробку. Она набухла от дождя, стенки отошли и раздались в стороны; внутри копилась вода. Отчаянно мяуча, внутри барахтался серый полосатый котёнок. Самый обычный, без породы, таких много шастает по дворам. А этот был в коробке. Наверное, кто-то сердобольный позаботился и оставил ему "домик", чтобы новый хозяин не прошёл мимо. Даже что-то маркером написал на боку короба, но дождь размыл иероглифы и смыл их, оставив неясные подтёки. Склонив голову на бок, Тоя следил, как котёнок пытается взобраться на отсыревшую стенку коробки. Домик стал ему ловушкой, вода стремительно наполняла всё внутри, а он был слишком маленьким, чтобы выбраться. Погасив фонарь, парень присел рядом на корточки. Естественный отбор? Но если никто не поможет, малыш вскоре захлебнётся. "Почему никто не помог ей? Почему она.. просто исчезла?" Наверное, он всё же злился. И в первую очередь не на себя, а на тех, кто мог помочь сестре, но отчего-то не помог.. Хотя и понимал, что не имеет права кого-либо в этом винить. Наверняка были причины, просто - почему? - Почему именно ты? Замёрзшие губы шевельнулись сами. Это был риторический вопрос в сложившихся условиях, но вырвался непроизвольно. На злобу дня. Впрочем, котёнок ответа не знал. И продолжал мучиться. Опустив ладонь, Тоя с выражением большого одолжения вынул захлебывающегося малыша из коробки. Встряхнул. Он был милый, но слишком обычный. Таких не берут в дом. - Отмучился? - тихо спросил и украдкой оглянулся. До сих пор ему проще было состроить злобную морду, чем искренне улыбнуться. Вроде никто не видел его "героизма". Тем лучше.. Переставая напускно злобиться, парень уголком губ улыбнулся дрожащему котёнку и посадил к себе запазуху. Там было не намного суше, но животное хотя бы успокоится и сможет немного погреться. Застегнув молнию до упора и подтянув комом висящий насквозь мокрый капюшон, он снова включил фонарь. Глупо с его стороны было отвлекаться на брошенного котёнка, но мимо пройти не получилось. А сейчас - поиски не ждали. Нужно было продолжать..

Юкито: Ничего не происходило. То есть... совсем ничего. Юэ и сам не знал, чего именно ждет от наблюдения за юношей, ведь прекрасно понимал всю бесполезность этих поисков. И все же... словно что-то могло произойти. Хранитель был не из тех, кто верит в чудеса или неожиданные счастливые случайности. Особенно глупо было бы начинать делать это сейчас, когда он прекрасно знал, где находилась та, ради которой Тоя готов потратить всю свою жизнь на поиски, забыв про сон, еду и всех вокруг. Это было странно для Юэ - вот сейчас этот юноша готов забыть про все ради одной... Но если он забудет всего про одного человека, вся жизнь снова обретет для него краски. Разве выбор не был очевиден? Почему не перестать искать то, что потеряно и не оглянуться вокруг? В конце концов, с ним есть отец и эта оболочка, которую он так оберегает, но о которой тоже может забыть, если не вернется из прошлого и не сможет сделать, наконец, шаг вперед. "Почему люди так глупы и неразумны?" - это была резонная мысль. Но Юэ лукавил. В глубине души он прекрасно понимал этого мальчишку, как никто другой. Когда-то его создали для того, чтобы быть Судьей и охранять самое дорогое и важное создание своего Хозяина - Карты. Создали, чтобы любить, почитать, уважать и подчиняться. А потом бросили. Потому что у Хозяина всегда было что-то важнее - долг, любовь, опять же эти Карты... Для него все вокруг было важнее собственных двух творений, которые и после его смерти продолжали исправно выполнять свой долг. Они остались одни, ожидая, когда кто-то заменит Создателя. Только его никто не мог заменить, и они ждали, глупо надеялись, что когда-нибудь Клоу Рид вернется. Что они снова смогут преклонить перед ним колени. Что появится хотя бы его прямой наследник... Только они не могли вот так искать, как делал этот мальчишка. Они были заперты каждый в своей оболочке, вынужденные ждать того, кто их освободит. А после - просто подчиниться, потому что таков был указ. Но если бы у них был выбор, разве бы они тоже не скитались вот так по миру? Не пытались сделать хоть что-то, от чего заведомо не будет никакого толка? Конечно бы пытались. И так же терпели бы поражение за поражением, и снова пытались, раз за разом, потому что сидеть без дела - это пытка хуже бесплотных поисков. Но... У них с Керберосом впереди была вечность. А у этого мальчишки слишком мало времени, чтобы тратить свои драгоценные годы на желание, которое вряд ли исполнится. Не замечая, как ладони сжимаются в кулаки, Юэ мягко опустился на сук дерева, сверху наблюдая за Тоей, который даже сейчас оставался верен себе - подобрал брошенного котенка, пряча его за пазуху, чтобы потом наверняка принести его Юкито. Он был хорошим человеком. Но в этом мире мало быть хорошим, чтобы с тобой не случилось чего-то настолько ужасного. "Ты ведь не отпустишь ее, верно?" - внимательно смотря на промокшего и понурого парня, Хранитель окончательно убедился в том, что этот - не отступит. Никогда. И этим он не оставлял выбора. Юэ не мог позволить, чтобы этот мальчишка загубил себя. Чувство ли это долга, или благодарности за когда-то отданные силы, или все же чувство вины - он не знал и даже не пытался осознать. Просто его оболочка может ослабнуть, если с Тоей что-то случится. И потом... может быть, Хранитель найдет способ вызволить новую Хозяйку карт из вечного сна в чужом замке? Не сейчас, но когда-нибудь. - Тебе стоит отправиться домой, человек, - все же подав голос, Юэ скользнул из крона дерева, опускаясь на землю перед юношей, смотря ему прямо в глаза все тем же отрешенным и равнодушным взглядом. Он был готов к тому, что его могут обвинить в том, что это все его вина. Был готов к тому, что с него потребуют ответы. И уже точно решил, что сегодня для Тои и Юкито будет последним днем, когда они будут помнить улыбчивую и светлую девочку по имени Сакура.

Тоя: Тоя ещё успел подумать о том, что вероятно стоило бы убрать коробку-ловушку, чтобы завтра в неё не заполз ещё какой котёнок-страдалец, когда сверху приземлился Юэ. Быть честным, студент уже почти привык к подобным внезапным появлениям, но всё равно вздрогнул. Потому что слишком задумался о своём и почти не смотрел по сторонам. Потому что было очень темно, а он не успел зажечь фонаря, замешкавшись с котёнком - и приземляющийся Хранитель, замеченный сперва лишь краем глаза, казался пугающим и непонятным белым пятном, падающим откуда-то с чёрного неба. И потому что Тоя приказал Юки сидеть дома. А тот, оказывается, шлялся по тёмным ночным улицам! Более того - шпионил за ним! - Ты! - только и вырвалось у парня. А потом он сбился, сникая. Глупо винить Юкито, это ведь Юэ. Они абсолютно разные; они два отдельных существа и не могут контролировать друг друга, даже влияния один на другого толком не имеют. Ну если только один из них заболеет.. Мстительно подумав о том, что в шпарящий дождь волшебному хранителю очень даже светит простыть, кинул на него озлобленный взгляд. (Нет, он любил Юэ не меньше Юкито, но сейчас был раздражён и зол.) - Юкито завтра на занятия, а ты таскаешь его полночи под проливным дождём, - с трудом находя обоснование своей злости, сквозь зубы пробурчал Тоя. Ему очень хотелось развернуться и уйти. Оставить этого безэмоционального, непонимающего его крылатого прямо тут, потому что точно знал, что объяснять ему о причинах своего шатания в ночи будет бесполезно. И потому что не хотел внимания; не хотел ничьей помощи. И больше всего не хотел, чтобы переживал Юкито. И Юэ, даже если последний по сути своей и не умеет переживать, сопереживать или волноваться. Впрочем, одно то, что белокрылый следил за ним, наводило на мысли; без причин Юэ не делал ничего. - Это Юкито тебя попросил, да? Да? - дёрганно доставая зонт из отсыревшего рюкзака и не с первой попытки, наконец догадался Тоя. Трудно было поверить, что Юэ следил за ним из собственных соображений. Раздражённый внезапной догадкой лишь больше, он озлобленно швырнул зонт в руки Хранителя: - Воспользуйся этим, иначе заболеете вы оба. И больше не смей за мной следить! Вы, оба. Не смейте. Отступая спиной назад, словно ему была крайне неприятна данная компания, парень наконец отвернулся и поспешно зашагал прочь. Приказывать себе он не позволит; и от поисков Сакуры не отступится. Даже если Юки и Юэ это не нравится - ему плевать, она его сестра! Его единственная, маленькая сестрёнка.. И он сделает всё, прыгнет выше своей головы и сотворит невозможное, лишь бы с ней всё было в порядке.

Юкито: Юэ ждал, что Тоя бросится на него. Обвинит во всем, потребует объяснится и немедленно вернуть ему сестру. Но он лишь ограничился коротким и злым "Ты!". Его выдержка поистине была сильна, несмотря на то, что он был обычным человеком. И даже в такой ситуации, когда у него появился шанс добиться хоть каких-то ответов, он все равно волновался о Юкито... Что же все таки не так с этим человеком? Почему его семья так непохожа на большинство тех, кого Юэ видел во всей Вселенной?.. Не отвечая резким словам, Хранитель лишь молча замер напротив, словно безжизненная статуя. Он не умел оправдываться и объясняться, он следил потому, что посчитал это резонным. И потому что это хоть немного успокаивало его оболочку. И приказы человека его ничуть не трогали. Ему никто не мог указывать, кроме Хозяина Карт и его Создателя. Пусть даже это был родной брат последнего истинного Хозяина. - Он слишком волновался о тебе, - вот и все объяснение, до которого снизошел Хранитель. В принципе, он был уверен, что этого достаточно. Юкито волновался до такой степени, что его переживания до сих бурлят где-то внутри, несмотря на то, что раньше Юэ и вовсе не ощущал никаких эмоций своей оболочки, когда появлялся в этом мире. Спокойно наблюдая за юношей, который, кажется, собирался продолжить поиски, Хранитель лишь чуть качнул головой. Иногда с людьми совсем не действовали слова... Тогда приходилось действовать. - Это для твоего же блага, - неслышно оказавшись рядом с парнем, он лишь коснулся его плеча рукой. И тут же подхватил оседающее тело. Крепкий сон пойдет ему на пользу. И его оболочка перестанет уже так переживать. И потом… для того, что Юэ собирается сделать, ему нужен здоровый и отдохнувший юноша. Забывать – это не так легко и просто, как думают люди. Забывать дорогого и близкого человека – это болезненно и очень выматывающе. А если сознание Тои будет сопротивляться, процесс будет еще более тяжелым. А он обязательно будет. Он не желает забывать сестру, сколько бы боли это не приносило ему каждый день. Еще раз взглянув в бледное и осунувшееся лицо, Юэ мигом взмыл вверх, унося молодого человека прочь от детской площадки. Хватит. Не только на сегодня, хватит в принципе. Он не найдет свою сестру. Вызволить ее сейчас не получится даже у Юэ, потому что… у него просто нет на это права. Карты вновь рассеялись, и сейчас на них ведется настоящая охота. Если раньше за право владения такой силой соревновались лишь двое детей, отличающихся добротой, отвагой и чистыми помыслами, то сейчас происходило невообразимое. Десятки людей и волшебников кинулись искать их, Карты находятся у слишком большого количества людей. Хозяин может быть только один, достойный, которого проверит он - Хранитель. Тогда они с Керберосом вновь будут иметь право использовать всю свою силу по приказу нового Хозяина, тогда они смогут забрать Сакуру и вернуть ее домой. Мягко опускаясь возле дома, Хранитель внес Тою в дом, мягко опуская его на диван и отшагнув назад. Мокрый комочек тихо зашевелился под курткой, почуяв домашнее тепло, выбираюсь наружу, с интересом смотря на стоявшего крылатого. А после улеглось на груди парня, кажется, в благодарность пытаясь согреть его своим маленьким тельцем. Животные всегда чувствуют, кому можно доверять… - Ты был бы идеальным Хозяином... - не зная, кому и зачем это говорит, Юэ досадливо поджал губы. Наверное, он просто все еще благодарен за то, что когда-то этот человек отдал ему свои силы, спасая жизнь. И о чем все равно не сожалеет, несмотря на то, что его сестра пропала, и что он наверняка думает, что будь у него хоть крупица потерянных сил, он бы смог ее спасти и все предотвратить. Но он ни разу не обвинил Юкито в том, что из-за него он стал намного слабее. И несмотря на то, что его оболочка всегда была под защитой высших сил, Тоя продолжал охранять и оберегать своего друга. Порой люди все таки могли быть благородны и верны... Юэ не имел ни малейшего понятия о том, как нужно ухаживать за людьми. Те небольшие знания, что он перенял от Юкито, подсказали ему лишь снять с парня мокрую куртку и накрыть вместе с котенком теплым пледом. А дальше... Хранитель так и остался стоять посреди зала, дожидаясь, пока юноша проспится. Тогда они поговорят. Но несмотря на то, что скажет Тоя - у него все равно не будет выбора. Потому что так будет лучше. Пусть он даже этого не понимает.

Тоя: Быть честным, Тоя нарочно заставлял себя уходить прочь, при этом как можно скорее. Потому что у него было слишком много вопросов к Юэ - а ночная дождливая улица не самое лучшее место для задушевных разговоров. Они обязательно поговорят, но при других условиях. Даже странно. Ведь, если задуматься, после исчезновения Сакуры они ни разу серьёзно и прямо не говорили с белокрылым. У того наверняка была какая-то информация. И он мог бы помочь.. Но эти мысли крайне редко приходили к Тое. Особенно после того, как он до полусмерти напугал допросом с пристрастием китайского мальчишку, что вечно шатался вслед за Сакурой - пацан и без того был расстроен и уныл, а неприятная беседа со старшим братом подруги и совсем выбила его из колеи, вплоть до навернувшихся слёз, дрожащих губ и изо всех сил стиснутых кулачков; Тоя до сих пор помнил побелевшее лицо ребёнка, который молча старался выдержать натиск агрессии. Мелкий китайчик всегда был упрям и твердолоб, но тут сдал даже он - наверное, и он ощущал толику вины за исчезновение Сакуры; наверное, и он прекрасно понимал, что Тое сейчас тяжелее всех; и, наверное, так он просто старался хоть немного загладить свою вину - молча выслушать обвинения, молчаливо согласиться и принять в порыве навешанные клейма.. просто выдержать ту лавину эмоций, что Тоя в отчаянии выливал на него. К слову, сам Тоя плохо помнил тот разговор. Шла всего первая неделя исчезновения сестры, и он был на взводе, места себе не находил. А с пацаном они всегда собачились из-за Сакуры, вот ему и подумалось, что уж тот-то должен знать, куда запропастилась сестрёнка! Эти двое частенько проводили время вместе, и братское сердце чуяло подвох - однако, чувства облегчения, сорвавшись на пацане, он не испытал. Наоборот, всё стало ещё хуже.. А с уездом пацана Тоя совсем замкнулся, наверное за всё время впервые осознав, насколько безвыходна ситуация - если уж даже китаец опустил руки и отказался от поисков, покинув город и страну (и это с его-то способностями, силами и возможностями!), то что могут предпринять они, простые смертные?... Теперь же парень старался держать себя в руках и быть более корректным, иначе потеряет последние ниточки, связующие с сестрёнкой. И к разговору с Юэ не был готов.. Допросов крылатый не оценит, а в связи с крайне напряжённым и нервным состоянием - Тоя боялся скатиться в банальное рукоприкладство. - Не смей ходить за мной! - краем глаза заметив движение за спиной, ещё успел огрызнуться, прежде чем всё вокруг ненавязчиво погрузилось во тьму. Он даже испугаться или удивиться не успел, просто заснув. В последнее время спал он редко. И организм с маниакальной радостью уцепился за возможность, старательно пытаясь восстановиться в кратчайшие же сроки. Сновидений не было, тело не реагировало на внешние раздражители, а мысли вообще отключились - полный покоя и спокойствия сон, не омрачённый тяжкими размышлениями, страшными образами и прочими помехами, что могли потревожить или разбудить.. Впрочем, даже так, вогнанный в сон по принуждению, Тоя не смог позволить себе расслабляться долго. Уже минут через сорок парень стал просыпаться. Крепкий сон до последнего не отпускал, и он всё никак не мог сообразить, что же такое происходит. Точно помнил, что искал сестрёнку по улицам - мокрый, под дождём, в хлюпающих ботинках.. а сейчас что-то урчало на груди, а сверху согревало одеяло. С трудом приподнимаясь на локте, Тоя несфокусированно огляделся. Котёнок, плед, диван, их с Юки гостиная и сложивший крылья Юэ посреди их дома. Юэ.. дом.. - Сволочь, - только и выдавил сквозь зубы, медленно выбираясь из-под одеяла и отпуская котёнка. - Юэ, дурак.. Зачем ты... Тело было вялым, сознание нехотя прояснялось, постепенно складывая картинку целиком: он по обыкновению искал Сакуру, а нашедший его Юэ насильно отключил и перенёс домой. Вернул под присмотр Юкито, так сказать. Но Тоя этого не просил! Ему этого не нужно! Сакура! Найти Сакуру! Вот всё, чего он желал! Пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, Тоя резко опустил голову, сдавливая её руками, тяжело опираясь локтями в свои колени. Нужно заставить себя успокоиться. Оскорблениями или дракой ничего не решить. Нужно просто взять себя в руки. Юкито хотел как лучше, а Юэ действовал по своему усмотрению. Ни один из них не учёл желаний самого Тои, но из лучших побуждений..., - всё это он повторял про себя спасительным заклинанием как заведённый, уже срываясь с дивана и в два прыжка оказываясь нос к носу с непрошибаемым лицом Хранителя. Это чуждое, безэмоциональное лицо.. Юэ ведь плевать! Плевать и на Сакуру, и на самого Тою, и даже на Юкито.. Он всё это время прятался и отсиживался, хотя мог помочь! Он.. это всё он виноват! Виноват больше, чем кто-либо! Кулак взметнулся сам.. ..но почти тут же разжался; рука опала, повисая безвольной плетью. Тоя никогда бы не позволил.., нет, не так - не простил бы себе, ударив одного из них. Даже если Юэ того и заслуживал.

Юкито: И все таки Юэ думал, что истощенное человеческое тело пробудет в состоянии сна намного дольше. Он прекрасно знал о том, каков максимум для этих созданий. Как бы сильны они ни были, их природа все равно давала о себе знать. И Хранитель точно знал, что Тоя находится уже на грани. Он и сам не замечал за собой, что все чаще стал наблюдать за этим человеком, невольно то и дело ощущая все эмоции своего сосуда, который, словно перенимая на себя часть терзаний парня, тоже начал заметно слабеть. Главное, что он перестал так активно питаться, что мигом отразилось на них обоих. Но в свете происходящих событий Юэ не мог позволить всему этому продолжаться. Ему нужны были силы. И ему нужен был Тоя. Здоровый, счастливый... слишком близкий его оболочке, чтобы скидывать его со счетов. Игнорируя слова молодого человека, Юэ только невозмутимо посмотрел на него. Он ждал этих слов. нет, он ждал намного большего. Обвинения, требования, проклятия. И он был к ним готов, потому что знал, что несет ответственность за его сестру. Она ведь была Хозяйкой Карт. Это ведь была его прямая обязанность - охранять и оберегать. А он не справился, снова... Наверное, он был плохим Хранителем. Он не уберег Клоу Рида, они с Керберосом не были теми, ради кого он бы пожертвовал своей жизнью. Он, улыбаясь, оставил их одних, завещая ждать и подчиниться. Оставил, не подумав о том, как будут ощущать себя покинутые Создания, созданные им. И любившие только его. Люди и волшебники всегда были очень эгоистичны... Наблюдая за молодым человеком, Юэ лишь неловко повел плечом. Он не любил становиться свидетелем слабости, только если эта самая слабость не проявилась по время проверки на право владеть Картами. Тогда Хранитель невольно раз за разом радовался провалам претендентов, ведь это давало мизерный шанс на то, что когда-нибудь явится их истинный Хозяин. И все вернется на круги своя, тогда все будет как раньше. Пожалуй, Юэ тоже жил прошлым. И прекрасно понимал, каким грузом оно лежит на плечах, не давая сделать шаг дальше. Он не имел возможности к тому, чтобы стать свободным. Но мог подарить этот дар Тое. Он наверняка сейчас проклянет его, если сказать ему прямо. Он не поймет, что за это стоит быть благодарным. Не осознает всей ценности подобного. Но Юэ точно знал, что это лучшее решение из всех возможных. Даже не дернувшись на резкое вскидывание парня и не пытаясь уйти от удара, Хранитель лишь с сожалением посмотрел на него. Тот не догадывается, насколько Юэ понимал его, насколько осозновал все его чувства. И пусть он ударит, пусть уже выскажет все, что у него накипело. Так он проще расстанется с воспоминаниями о той, что ему дороже всех. И ведь он не останется один. У него будет семья - отец, тоже забывший о дочери, живущий счастьем своего сына, и близкий друг, которому требуется самая малость, чтобы Тоя был рядом. Такое будущее лучше того, что ждало бы молодого человека, не откажись он от прошлого. - Воспоминания висят на тебе ненужным грузом. В будущее стоит ступать налегке, человек, - Юэ не знал нужных слов. Он говорил то же, что когда-то самому себе. Он знал бесполезность этих слов, знал, что они не помогают заглушить боль, злость и обиду. Но он не мог промолчать, он хочет услышать то, что должен был. Хотел принять вину на себя. Ему не нужно было прощение, он не пытался "добить" и так обессиленного человека. Он лишь хотел, чтобы Тоя легче пережил прощание с прошлым. Чтобы его сознание было обессилено тем, что он так давно держал в себе, а теперь мог высказать вслух. - Для чего возвращаться в прошлое, если все равно не заберешь тех, кто там остался? - Юэ чуть вскинул лицо, смотря на молодого человека пронзительными светлыми глазами. В его словах была логика. Но услышать затаенную печаль было почти невозможно, слишком невозмутимым оставалось лицо Хранителя. - Отпустить не значит предать... Тоя.

Тоя: Лучше бы Юэ молчал. Тоя не был уверен, что сможет сдержаться во второй раз. - Замолчи, - зло зашипел он в бледное лицо. И резко отвернулся, не в состоянии выдерживать пытливый взгляд крылатого. Тот всегда смотрел так, что поневоле хотелось отвести глаза. Взгляд понимающего и заранее прощающего родителя; или же холодного и безжалостного учителя, что всё наперёд знает; или отрешённого, безразличного и не собирающегося вмешиваться наблюдателя - любой из тех взглядов, которыми так любил смотреть Юэ, было тяжело выносить, особенно обычному человеку. По сути, Тоя вообще не должен был видеть это белокрылое недоразумение. Но видел. Видимо, тот сам того желал. Потерев лицо ладонями, тяжело опустился обратно на диван. Просто чтобы сдержать бурю эмоций в себе; стоя это выходило хуже. Метаться сейчас из угла в угол было бы совершенно некашерно. Скомканный плед всё ещё был тёплым, домашним, согретым, но парень не ощущал уюта - дом для него был пустым и холодным; вся жизнь отсюда ушла вместе с Сакурой. - Если хочешь трепаться, рассказывай, что знаешь! - резко посоветовал он Юэ. Плевать было, что тот бормочет и какие цели преследует. Усовестить в чем бы то ни было Тою у него не получится. Философией студент тоже был сыт по горло. Объяснения или увещания его не интересовали, а попытки пожалеть и посочувствовать не трогали. Половину из этого Юэ попросту не умел - ни сожалеть, ни сопереживать; оправдываться тоже; а наставления мало сейчас волновали остро переживающего утрату старшего брата. И если раньше Тоя не собирался заводить этого разговора с Юэ, то сейчас был весь внимание. Раз уж крылатый старательно подготовил плацдарм для предстоящей беседы, грех не воспользоваться! И в сухой дом перенёс, и обогрел, и отоспаться дал. - Понимая, что накручивает себя, Киномото сцепил ладони вместе, стискивая пальцы до побелевших костяшек, силясь взять себя в руки и не поддаваться эмоциям. В компании Юэ эмоциональность вообще казалась неуместной. - А нет - убирайся. И больше никогда не приходи. Совсем глухо закончил, старательно пропуская собственное имя мимо ушей. Так редко можно было услышать это простое "Тоя." от самого Лунного Хранителя. Но сейчас была совершенно не та ситуация, чтобы Тоя растаял от подобного. Возможно, в любой иной момент это и взволновало бы его - до округлённых глаз, до сбитого дыхания - но только не в этот раз. По-своему, а Тоя любил Юэ. Не так, как Юкито. Но крылатый был частью их жизни, их обоих. Сложно было представить любого из них - без Юэ. Но сейчас парень был взведён и зол, а потому плохо справлялся с собой. В голове лишь билась острая, злая, горячая и обидная мысль о том, что Юэ совершенно не хочет помочь тем, что считали его своей семьёй! А это - уже предательство. И раз так, несмотря на все чувства и эмоции, что Тоя испытывал ко второй сущности своего товарища, он сможет обрезать все нити. Закроет перед ним двери, сумеет разлюбить и навсегда выкинет из памяти. Потому что такое не прощают.

Юкито: Он был зол. Едва держал себя в руках, чтобы уже не сорваться на Хранителя, которого наверняка во всем и винил. Возможно, винил их обоих, ведь они с оболочкой были единым целым в глазах других. В это почти начал верить и сам Юэ, ведь не могли же все эти эмоции быть именно его? Он не умел быть участливым, его не учили сопереживать или желать кому-то лучшего. Но именно сейчас внутри него все это смешивалось незнакомыми красками, заставляло упрямо стоять в этом человеческом доме, смотреть в глаза Тое, хотя он давно мог вновь закрыть глаза и "заснуть", оставляя этих глупых созданий одних - продолжать мучиться и искать то, что найти невозможно. Он бы вытащил свою оболочку, заставил ее жить, увел бы прочь из этого города, этой страны, заставил все забыть и зажить новой жизнью. Но он продолжал существовать здесь, наблюдая за Юки и Тоей, словно невольная третья сторона, которая уже получила все, что можно от этих отношений, но все равно продолжающая быть рядом, желая исправить то, что исправить не представлялось возможным. Желая! Одно это слово уже противоречило самой натуре Хранителя. Единственное, что ему позволено любить и желать - это истинный Хозяин карт, Клоу Рид. Но столько столетий без него все же делало свое дело, как вода, которая медленно точит прибрежные камни. Хранитель все чаще начал ловить себя на том, что его взор более не устремлен в никуда в поисках эфемерной надежды на возрождение Хозяина, он все чаще смотрит на обычного смертного человека, который отдал все за то, чтобы быть рядом с ним. Он пожертвовал своей духовной силой, которая могла расти и развиваться и превзойти многих в будущем, он пожертвовал своей семьей, которой не запретил вмешиваться в магические, совсем не предназначенные для людей, дела. Он сделал столь многое... пусть не для него, но для его оболочки. И Юэ чувствовал себя не просто обязанным, он ощущал эмоции, которым просто не мог дать правильные определения. И, возможно, именно они сейчас толкали его на слишком безрассудный поступок. Он не имел права вмешиваться в людскую жизнь, если дело не касалось Карт. Но ему совсем не думалось о законах, ради этого человека он был готов переступить через себя, только бы суметь помочь. - Мне нечего тебе сказать, кроме того, что ты и так уже знаешь, - тихо откликнулся Хранитель, так и оставаясь стоять на месте. Он не знал, что стоит подойти ближе, возможно, коснуться его плеча и высказать свое сожаление, что все так произошло. Он говорил сухими и четкими фразами, просто не научившись по-другому. - Ты потерял сестру, я потерял Хозяйку. И ее не вернуть. Он не искал витиеватых фраз, не подслащивал пилюлю, он говорил, как есть. Пожалуй, даже если бы он и умел обманывать, он бы не хотел врать этому человеку. Он имеет право знать пусть и жестокую, но все таки правду. Надежды нет, по крайней мере, не сейчас. В магическом мире творится неразбериха, возможно, это даже хорошо, что его сильная, но хрупкая Хозяйка избежала всех этих передряг. И избежит того, что еще грядет... - Ты взял на себя непосильный груз, обычный человек не найдет ответов. Живи дальше, не трать время, у тебя его в запасе не целая вечность, - Юэ обвел взглядом уютную гостиную, словно говоря, что и то, что окружает Тою отнюдь не будет незыблемым. - Ты потеряешь то, что осталось, если не остановишься. Сакура бы этого не желала. Хранитель знал, что последняя фраза была лишней, откуда ему знать о иных человеческих чувствах, кроме тех, что определяет человека как достойного или нет владельца Карты? Ведь Тоя тоже наверняка так и думает. Ему не объяснить, какие эмоции Хранитель питает к Хозяину. Не рассказать, что для него тоже потерять Сакуру было физически больно, что с каждым разом отнюдь не становится легче терять. Его не убедить, что всему свое время, и что Юэ, как истинный Хранитель, сделает ничуть не меньше для возвращения Хозяйки домой. Но как только наступит подходящий момент. Но Тое просто не стоит об этом знать, его нетерпение может сыграть злую шутку. Сейчас все, что от него требуется, это жить полной жизнью, забыв о том, что приносило боль. А Хранителю вскоре придется расправить крылья и отправиться по следу тех, кто поймал Карты. Уже достаточное количество поймано, но слишком много желающих на эту Силу. И долг Юэ - оставить ее только достойным, оставляя проигравших ни с чем. И как только все Карты будут собраны, они с Керберосом тоже объединят усилия, чтобы найти и возвратить сестру в семью.



полная версия страницы